фестивальное продвижение, субтитры,
DCP, DPX, Blu-Ray, ПУ \ УНФ
RU

Вслед за российскими и зарубежными кинофестивалями представляем драматическую короткометражную работу Дарьи Молчановой. Эта история матери и сына: они проводят последние дни вместе перед тем, как мать отправляется в психиатрическую лечебницу. Дарья рассказала нам о том, как создавалось это кино.


НАЧАЛО

Весной 2016 года киностудия Горького объявила конкурс среди студентов-режиссеров российских киношкол на лучший сценарий короткометражного фильма. В качестве приза предоставлялась возможность снять фильм на базе киностудии. Сюжет должен был быть связан с кино.

На тот момент я училась на Высших курсах сценаристов и режиссеров в мастерской Ираклия Квирикадзе и Андрея Добровольского. Участвовать я не собиралась. Уже в последний момент написала сценарий про пожилую женщину, находящуюся в состоянии чего-то вроде деменции. Диагноз как таковой был не так важен. Женщина смотрела кино и вокруг этого все крутилось.

Художественным руководителем нашего фильма стал Андрей Добровольский. Ради одного этого стоило участвовать. Те, кому повезло учиться у Андрея Михайловича, меня поймут.


ТРУДНОСТИ

«Последний трамвай» – мой первый во всех производственных смыслах фильм. Непросто было все: проект нарисовался внезапно, да еще летом, когда все в отпусках или на гастролях, да еще срочно – премьера была запланирована на начало сентября.




В первую очередь, нужно было всех найти и совместить. Квартира, в которой проходили съемки, была свободна в одно время, актеры в другое (каждый в свое), у оператора было окно в третье и так далее. Почти все работали бесплатно. Это не значит, что наш фильм делался по остаточному принципу, но, конечно, ребята должны были считаться с параллельными проектами, которые приносили им деньги.


РЫБНЫЙ МАГАЗИН

Долго искали рыбный магазин, в котором по сценарию работал герой. Где-то порядка десяти точек нам отказали. Всем им нужно было присылать официальные письма. Мы им и про год кино писали, и про студентов, и про президента, который заинтересован в возрождении и процветании. А люди из магазина справедливо не понимали: а они-то здесь при чем? Кто-то отказывал сразу, кто-то тянул с ответом, кто-то выделял на съемки 2 часа в работающем магазине и точка.

Был момент, когда я всерьез стала подумывать сменить герою профессию, чтобы расширить поиск. Торговал бы себе печеньем или канцелярией какой-нибудь. Но нет, это должна была быть только рыба. Холодная, выловленная наугад, бьющаяся и уснувшая.

Не надеясь особенно на удачу, Катя Московская, наш второй режиссер, принялась исследовать московские рынки. На Преображенском рынке нашелся магазин «Самый рыбный», владелец которого пошел навстречу и разрешил снимать в санитарный день, за что ему огромное спасибо.


САМУРАЙСКОЕ КИНО

На фоне всей прелести подготовительного периода я еще бесконечно переписывала текст. Началось все с легких правок. Потом стало очевидно, что сценарий разрывается на две части. Что-то в нем было очень настоящее, а что-то выпадало. И пошло, поехало. История ощутимо менялась. Неизменной оставалась только установка ни в коем случае не педалировать эмоцию, не выжимать слезу, что очень соблазнительно в таких сюжетах. Кто-то даже в шутку потом назвал наш фильм «самурайское кино», что я воспринимаю как комплимент.



С самого начала в нашем «Трамвае» планировалось использовать кадры из двух культовых голливудских фильмов – «Касабланки» и “Трамвая “Желание”. В какой-то момент тема «Касабланки» ушла, остался только “Трамвай “Желание”. У нас получилась отчасти вытекающая из него, отчасти самостоятельная вариация на тему Бланш, хотя для меня это вообще, скорее, история сына.


СЫН

Его проблема в том, что он хороший. Был бы другим – не было бы истории.

Важно, как он проявляет себя в ситуации, как выходит из нее и с чем остается. Он некрасочно, немногословно, незаметно тянет все на себе. Есть такая категория людей, которым по жизни достается все на себе везти, всех мечтателей и безумцев, больных и здоровых. Что-то в этом есть героическое.

Ко мне подходили люди после показов, как правило, это те, кто проходил через похожие вещи. Они рассказывали, что самым сложным бывает избавиться от стойкого чувства вины, не сломаться от понимания, что ты не всемогущ и ничего не можешь изменить, если кто-то там наверху кого-то сачком зачерпнул и тащит. Смирение – очень взрослая вещь, грустная вещь.

У меня был вариант финала, кстати, неплохой, где сын улыбается чему-то своему. Меня кто-то спросил: «Он что, идиот? Мать только что в психушку сдал, чему он может улыбаться?». А я так и не знаю, чему он улыбался. Наверно, просто хотелось, чтобы ему было чуточку легче.


ТРАМВАИ

На протяжении всех съемок нас преследовали истории с трамваями. Машина Кати Московской заглохла на трамвайных путях. В первый же день трамвай, на котором исполнительный продюсер Аня Юртаева добиралась до съемок, сошел с рельсов. На второй день ее-же трамвай врезался в машину. В какой-то момент я всерьез стала просить ребят постараться на время съемок не пользоваться трамваями.

Трамвай ходил и прямо под окнами квартиры, в которой мы снимали. Такая удачная близость подсказала финальную сцену. Трамвай, конечно, не назывался «Желание», но аллюзии, заложенные в пьесе и у нас, я надеюсь, работают.


АКТЕРЫ

Решено было сначала искать мать, а к ней подбирать сына. Имя Дианы Рахимовой не раз и не два называлось в качестве варианта, пока один знакомый театровед не сказал как-то особенно весомо: «Диана Рахимова? Она сыграет что угодно».

Я даже не пошла смотреть ее в театре. Авторитетного мнения тех людей, которые мне ее рекомендовали, было достаточно. Увидев фотографии Дианы в интернете, я сначала смутилась: она совершенно не подходила под тот образ нежной состарившейся девочки, который я себе нарисовала. В первоначальном варианте сценария мать впадала в детство, считая себя маленькой девочкой.

Встреча сомнений не развеяла: передо мной была стройная красавица, модная, с гривой рыжих волос. Я еще мысленно присвистнула: это какого-же сына тогда искать и сколько ему должно быть лет? У нас-то планировался придавленный жизнью мужчина средних лет.

Это стало одним из ключевых и поворотных моментов. Когда мать у нас значительно помолодела, помолодел и сын. Но то, что человек в 40 лет с большой долей вероятности уже знает и понимает, двадцатипятилетнему не объяснишь. Надо было найти молодого актера с содержанием много чего пережившего человека. И тут я вспомнила фильм «–196», снятый выпускницей нашей мастерской Анной Арлановой. Фильм был отличный, и особенно поразил исполнитель главной роли. Так в проект пришел Александр Матвеев.


РАБОТА С АКТЕРАМИ

Скажем так, я старалась им не мешать. Саша с Дианой настолько попали друг в друга и так органично все делали, что мне в голову лезли мистические мысли про предначертанность и всякие энергии. Мы ведь утверждали их без проб.




ЦВЕТОВОЕ РЕШЕНИЕ

Отталкиваясь от нашей камерной и не самой веселой истории, я добивалась, чтобы по движению картинка была аскетичная, по цветам почти черно-белая.
Цветокорректору была поставлена такая же задача: по возможности приглушить все цвета. Я, может, сейчас крамольную вещь скажу, но излишнее качество картинки мне вообще почти всегда мешает, когда я смотрю кино. Есть в этом какая-то ненужная стерильность. Если речь не идет о мейнстриме, хочется какой-то погрешности, чтобы избавиться от привкуса операционной.

Возможно, я неосознанно пыталась из цифры выжать пленку. В некоторых кинодеятелях живет такая смутная ностальгия по пленке (даже если они, как я, ее и в руках-то никогда не держали), как по чему-то более живому, дышащему.


КОМАНДА

Данила Горюнков, оператор, был первым, кого я пригласила в проект. С Даней мы до этого уже работали. Когда пришло время снимать «Последний трамвай», вопрос, кого я вижу в качестве оператора, для меня даже не стоял.

Дальше можно перечислять практически, как «Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова». Даня позвал Лену Ашраф, нашего художника-постановщика. Лена позвала Машу Малкову. Познакомившись с актером Владимиром Петровичем Малковым, Машиным папой, я поняла, что лучшего исполнителя роли психиатра нам не найти.

От киностудии пришли звукорежиссер Аля Ярцева, администратор Антон Семаун, осветитель Егор Курняев, гример Мария Рыжкова. Режиссером монтажа был Петя Левченко, наш, ВКСРовский, бумщиком был Федя Степанов. Кстати, Егора Курняева и Федю Степанова можно увидеть в фильме – они сыграли санитаров. Сиделку нашли случайно, ею стала Катя Овсянникова, в свободное от съемок время работник МФЦ.

Также фильм доступен на платформе российского авторского кино "Пилигрим", где можно поддержать режиссера. 
Материал подготовилаИрина Гугушина, специальный корреспондент "CinePromo"


Интервью с другими молодыми российскими авторами, а также самые интересные и награждаемые короткометражные фильмы можно найти в нашем КИНОЗАЛЕ и на нашем канале в YOUTUBE. Подписывайтесь - обновления каждую неделю, включая долгожданные премьеры короткометражных фестивальных хитов. Готовим много сюрпризов для настоящих киноманов и фанатов короткого метра.


CinePromo - российская компания №1 по фестивальному продвижению фильмов. Также мы делаем субтитры и DCP, оформляем Прокатные удостоверения и УНФзапускаем короткометражные фильмы в прокат и проводим собственный фестиваль короткого метра.

Нам доверяют: Медиалаборатория — Яндекс.Таксикинокомпания «Централ Партнершип»ЛенфильмComedy Club ProductionHype ProductionAll Media Companyкиностудия им. М. ГорькогоМосфильмМагнум-Фильм, сеть КАРОМолодежный центр Союза кинематографистов РФВГИК-Дебют и СПбГИКиТ-ДебютПервый каналплатформа Start.ru, телеканалы СТСРЕН ТВ и ВГТРК, киностудия "Лендок", студия Алексея Германа мл., Институт им. Гёте, музей современного искусства «Гараж», ведущие российские кинопроизводственные компании и независимые авторы. CinePromo - единственная российская компания, имеющая эксклюзивные договора на фестивальное продвижение студенческих фильмов ГИТРа и СПбГИКиТ; также мы активно работаем со студентами и выпускниками Московской школы киноВГИКа, ВКСРRoma Film AcademyМосковской школы нового кино и др. ведущих отечественных и зарубежных вузов.